Культовый шведский музыкант рассказал об аллергии на гастроли:
— Я не особо люблю гастролировать. Есть моменты, которые мне нравятся. Сами концерты лучший момент дня. Но если ты не в настроении, то и они могут стать проклятием. Из-за бессонницы я чувствую себя неуверенно на сцене первые пару песен. За пару недель до тура у меня начинаются стрессовые симптомы. Думаю: “Почему я не могу заснуть?” И понимаю: “Чёрт, тур приближается”.
Тур для меня — как работа на фабрике. Мы гонимся за студийными версиями песен и пытаемся сыграть их идеально. Конечно, это невозможно. Мы звучим хорошо, я пою хорошо, мы сыграны, но всё равно, кажется, преследуем призрак. Я не воспринимаю это как творческую работу. Это повторение того, что ты сделал. А я хочу, чтобы мы больше времени проводили за написанием новой музыки, а не повторением старой.
Когда мы начали много гастролировать, я этого и хотел, это было мечтой. У меня ничего не складывалось в обычной жизни. Я хотел доказать скептикам – по сути, всему шведскому обществу — что можно играть странную музыку и ездить с ней по миру. Это казалось невозможным. Но потом магия гастролей потускнела.
Но поверьте, 5-летнего прощального тура OPETH никогда не будет. Я лет 15 уже говорю нашему менеджеру, что не хочу гатсролировать, но думаю, мы никогда полностью не прекратим выступать. Возможно, будет меньше туров, больше музыки и более частые релизы. Буду сидеть дома с подругой, дочерьми, кошками и моими пластинками. Про таких в Швеции есть выражение — “домашняя свинка”. Я отличный домохозяин. Мне вообще должны платить за это! Встаю в шесть утра и готовлю всем завтрак. Иногда дочери приходят, иногда нет, но я уже на ногах. Не хочу никого пугать: Opeth не распадутся. А если распадутся, мы просто исчезнем. Без громких “прощальных туров”.
